С таким лицом в артисты?



С таким лицом в артисты?С раннего детства я обожал кино и пересматривал все, ничего не пропуская. Я хотел стать кинорежиссером, эта профессия меня просто манила. Листая «Советский экран» и то тут, то там встречая на его страницах фотографии тогдашних режиссеров Тарковского, Андрея Кончаловского, Вайды, я видел, что все, как один, были в темных очках, в свитерах под горло и обязательно в кепках, и именно этот образ у меня был связан с режиссурой.
Насмотревшись на такое, сразу после выпускного отправился в столицу: я хотел поступать во ВГИК. Профессию выбрал, конечно, режиссера. Экзамены были назначены на август, а денег было только на две недели. Все это происходило в далеком 1965 году, когда проходил Московский кинофестиваль. Все деньги я потратил на билеты фестиваля, накупил абонементов, но потом с ужасом подумал о том, что же я буду делать дальше?.. Кто-то предложил мне поступить на артиста. Я не знал, что мне делать, я был просто в ужасе: «Да какой я артист! Такое лицо, да в артисты?» На что мой знакомый ответил: «Артисты случаются разные!» Ничего не оставалось, как подать документы в Щукинское училище, где тогда уже занимались Вертинская Анастасия, Никита Михалков младший. Я выучил басню, а прозу и стихотворения решил читать свои, но только под чужой фамилией.

Со мной вместе на одном курсе учились Екатерина Маркова, Ниночка Русланова, Кайдановский, Ян Арлазоров, Борис Галкин, Владимир Качан…

Когда учился в училище, пьесы сочинял на западный манер. Так как все были далеки от той жизни, то «поле было не паханое». Придумывал себе разные псевдонимы, прозвища: Ля Биш, Чезаре Джаватини.… А поскольку никто ни о чем не догадывался, то меня несло все дальше и дальше, и я уже не видел границ. Однажды ставили пьесу «Процесс», а автора я подписал как Артур Миллер. Конечно, все знать невозможно, поэтому наш преподаватель актерского мастерства, который, по роковой случайности, еще был и ректором, господин Захава, просмотрев «Процесс», сказал: «Когда берете такую высокую драматургию, у вас все отлично получается». И нужно было в этот момент Борису Галкину сказать: «Так это Ленька Филатов сочинил!» Захава Борис Евгеньевич от всего этого был в не себя и просто перестал со мной общаться. Он всегда проходил мимо, как  будто меня нет.