Гурзуф



Светлеет море. Отступают страхи.
И можно услыхать за три версты,
Как треснул ворот пушкинской рубахи
От хохота,стихов и духоты...

Минута - и луна в притихших травах
В исполненный торжественности миг
Откроет,как провинциальный трагик,
Напудренный величественный лик.

Здесь все конкретно,крупно и несложно -
Из моря,скал и пляжного песка...
Здесь в истину поверить невозможно -
Настолько эта истина близка.

Зато дана возможность в этом мире
Все заново осмыслить и понять,
И вдруг,узнав,что дважды два четыре,
Впервые удивиться,что не пять ! ..

Ах,дважды два ? .. не может быть сомненья !..
Пусть так. Но здесь всегда бестактен тот,
Кто в этом пустяковом откровенье
Открытья для себя не признает.

Вот истина... Она подходит ближе...
Спеши всплеснуь руками,тугодум !
Здесь "дважды два" нуждается в престиже,
Как только что пришедшее на ум.

...А женщина глядит,не понимая...
Она в своем неведенье права.
И я шепчу ей на ухо : "Родная !"
И каждый слог в отдельности : "Род-на-я !"
И медленно по буковкам : "Р-о-д-н-а-я !"
... О Господи , какие есть слова ! ...

1967